реклама
я

Сефарды

Если «ашкенази» — это универсальный термин для обозначения разноязычного собрания евреев самого различного происхождения, то название «сефарды» является еще более широким.

В строгом смысле слова евреями сефардами считаются те, кто ведет свое происхождение от еврейской общины, процветавшей в Испании, или следует традициям, существовавшим в ней до того, как ее члены были насильно обращены в другую веру или были изгнаны из страны в средние века. Но в современном понимании к сефардам относят почти всех евреев не ашкенази: евреев из Марокко, Курдистана, Ирака, Туниса, Алжира, Ливии, Ливана, Йемена и Египта, из советской Грузии, Греции, Турции и Афганистана. По прибытии в Израиль евреев из десятков стран, говорящих на десятках языков и придерживающихся совершенно разных традиций, объединяют в одну группу под общим названием «сефарды», или «эдот мизрах» (народы Востока).

Пожалуй, единственным общим знаменателем для них было чувство неполноценности по отношению к ашкенази, господствовавшим во всех областях, имевших хоть какое-то значение.

Сефарды были относительно поздними пришельцами на Святую землю, и большинство из них прибывали нищими, неграмотными и неподготовленными к безжалостному темпу жизни в ориентирующейся на Запад динамичной новой стране, которой не хватало времени, терпения и денег, чтобы удовлетворительно разрешить их проблемы.

В первые два года со дня образования Израиля была проведена операция «Волшебный ковер», в ходе которой иммигранты из Северной Африки и арабского Ближнего Востока оставляли свои дома и имущество и устремлялись в новое молодое государство. Большинство из них подталкивали к этому антисионистские выступления и извечная мечта о «восхождении на Сион».

В отдельных случаях они, как, например, евреи Ирака, прибывали вместе со своими образованными общинными лидерами-космополитами, которые сделали многое для того, чтобы облегчить трудности вхождения в новое общество. Другие, например, марокканцы, приехали практически без руководителей, так как образованные и богатые предпочли поселиться во Франции, с которой они уже находились в тесной культурной и языковой близости. Прибывавшие же в Израиль были в основном люди бедные, необразованные, без специальности, страдавшие от отсутствия мощного представительного голоса в их чужом новом доме.

Но сефардов ждали и в них нуждались. Хотя они и были почти невыносимым бременем для слабых социальных служб страны, израильские власти поощряли иммиграцию.

В этих условиях светское социалистическое руководство страны, состоявшее в основном из евреев ашкенази, допустило просчеты в своей политике ассимиляции каждой новой волны иммигрантов. Применялся характерный для системы подход, заключавшийся в том, чтобы переделать сефардов с их вековыми традициями в «израильтян» по своему образу и подобию.

Наиболее болезненным образом эта политика отразилась на семейной жизни: традиционное патриархальное правление было жестоко подорвано, религиозная набожность подвергалась осмеянию, а детей отлучали от так называемой «примитивной» культуры и традиций их родителей. Результаты не заставили себя ждать. К 60-м годам политики и социологи начали во всеуслышание выражать тревогу по поводу появления «Второго Израиля» и предупреждать о возможности межобщинных распрей, если ничего не будет сделано для сокращения разрыва между богатыми и бедными. Была быстро развернута широкая кампания по выравниванию возможностей и жизненных уровней.

Характерной чертой 70-х и начала 80-х годов стали программы дошкольного воспитания, специальные школы, стипендии, программы подготовки для поступления в вузы, пособия на детей, центры для работы с детьми и чрезвычайная программа строительства для улучшения условий жизни в самых запущенных трущобах.

 

К концу 70-х годов члены общины сефардов почувствовали под ногами твердую почву и обрели голоса. Не желая больше быть лишь жалкой копией ашкенази, они возрождают старые прекрасные традиции и настаивают на включении в систему образования их культурных ценностей и достижений. Обретение чувства собственного достоинства привело к осознанию вклада в развитие еврейского народа, вносимого на протяжении многих веков евреями сефардами, в числе которых были величайшие гиганты мысли и духа.

Как ни странно, наиболее драматическим следствием этой социальной революции была политическая революция против того самого правительства, которое привело сефардов в их новый старый дом и включило их, допустив при этом немало ошибок, в жизнь израильского общества. В 1977 году сефарды отвернулись от элитарной патерналистской Рабочей партии ашкенази, которая управляла страной с момента провозглашения независимости, и привели к власти правого популиста Менахема Бегина и его партию Ликуд.

Казалось, не имело никакого значения то что сам Менахем Бегин, польский еврей с аристократическими манерами, был квинтэссенцией ашкенази. Не будучи религиозным, он улавливал глубокую приверженность сефардов своим традициям, и его зажигательные речи доходили до их сердец. Улицы населенных сефардами городов и кварталов наполнялись возгласами: «Бегин — царь Израиля!».

Ныне лидеры сефардов — дети 50-х гг. — полностью влились в главное русло жизни Израиля. Наиболее ярким примером служит Давид Леви, политический деятель марокканского происхождения, который слыл простаком в 1977 г., когда впервые появился на политическом горизонте страны в администрации блока Ликуд.

Давид Леви был министром иностранных дел, заместителем премьер-министра и министром жилищного строительства. Он серьезный соперник в борьбе за лидерство в своей партии, а следовательно, и за лидерство в стране. Никто уже больше не рассказывает анекдотов про Давида Леви. Не слышно и острых шуток о других членах кнессета (парламента) из числа сефардов, которые деловито суетятся в коридорах власти, уверенные в законности своего места под политическим солнцем, и представляют почти весь спектр идеологических взглядов, начиная от левых (хотя на крайне левых позициях они стоят редко) и кончая религиозными и ультранационалистическими правыми.

В число других политических деятелей из сефардов входят: министр жилищного строительства Биньямин Бен Элиэзер (Рабочая партия), министр транспорта Исраэл Кессар (Рабочая партия), министр связи Моше Шахал (Рабочая партия) и министр экономического планирования Шимон Шетрит (Рабочая партия). Большинство лидеров сефардов зарабатывают авторитет на в местных советах. Молодые энергичные мэры из числа сефардов — большинство из них прибыли в Израиль еще детьми — быстро оценили возможности демократической системы и выдвинулись в руководители советов развивавшихся городов и региональных советов.

Среди них немало и тех, кто, опираясь на поддержку местных органов власти, вышел на общенациональную политическую арену. Короче говоря, они быстро усвоили правила игры, придуманные ашкенази.

Одним из интригующих аспектов рывка сефардов к власти является появление в последнее время сильной ультраортодоксальной религиозной партии Шас (Движение сефардов — хранителей Торы), которая имеет в кнессете шесть мест и играет роль маклера при дележе власти.

«Усыновленное» ортодоксальной не сионистской организацией Агудат Исраэль, которая открыла двери своих школ и йешиботов детям сефардов, новое поколение раввинов и политических деятелей из среды сефардов гордо отыскивает свои сефардские корни, заявляя, что оно прежде всего заботится о благополучии сефардов, но в то же время без стеснения обращается за советом к ученым мужам и своим наставникам — раввинам из этой организации в Бней-Брак, почти целиком состоящей из ашкенази.

Но сефарды занимаются не только политикой. Они играют значительную роль в управлении, экономике, профсоюзном движении (бывший влиятельный лидер которого Исраэль Кесар родом из Йемена), в искусстве, образовании, спорте и индустрии развлечений.

Подростку сефарду уже незачем смотреть на ашкенази как на пример для подражания. Знаменитый эстрадный певец, футболист, предприниматель, скорее всего, как и он, родом откуда-нибудь из Марокко или Йемена, но прибыл на поколение раньше. Наконец-то сефарды повзрослели и в армии — в этом главном котле переплавки израильского общества. Много лет тому назад первый премьер-министр Израиля Бен-Гурион сказал, что подлинно новый Израиль сформируется тогда, когда начальником штаба армии будет назначен первый сефард. В 80-е годы Первым солдатом страны был генерал Моше Леви родом из Ирака.

 

реклама